Архив рубрики «Рассказы»
Послушать рассказ Казнь Демьяна
Эта история произошла много веков назад с живым человеком, которого звали Демьян. История каждого из нас достойна внимания, ибо она неповторима, бессмертна и божественна…
И самому преступному человеку приходится хоть раз в жизни встретиться лицом к лицу с неизведанным, смутным и непостижимым. И каждому когда-либо суждено сделать шаг, отделяющий его от прежнего мира…
В те давние времена существовал такой обычай – преступника после объявления приговора на шесть недель помещали в покаянную палату, чтобы он смог подготовить себя к смертному часу.
Это время ,отпущенное царской милостью , принято было проводить со священником, который сопровождал преступника вплоть до самого эшафота. Была тут и своя потаенная хитрость, ибо священнику надлежало расспросить про сообщников. (далее…)
Лукреция, дрожащими руками поддерживая платье, осторожно шла по ночному коридору. Ей казалось, кто-то неслышно шелестит сзади .»Это тишина. Тишина идет за мной , напившись мятного чая, и она совершенно сонная»,- стараясь подбодрить себя, фантазировала рано созревшая девочка.
В лунном свете, что струился с маленьких продолговатых окон с витыми бронзовыми рамами, ее золотистые длинные волосы казались совершенно нереальными. Там , где потоки лунного света проходили сквозь локоны, волосы вспыхивали изумрудно-фиолетовыми искрами.
«Главное, чтоб у него не горели свечи. Главное , чтоб у него не горели свечи,»-мелко стуча зубами от ползущего ужаса , шептала Лукреция. Хрупкие костяшки пальцев, вцепившиеся в тонкое кружево, побелели так, что уже смело соперничали с белоснежным платьем.
Ей минуло 12 лет. Верная Ахтимия постаралась на славу – и до того пьянящий аромат юной кожи смешался с терпкими , с ума сводящими благовониями, которые служанка старательно втерла в предварительно распаренную до изнеможения девочку. С тех пор, как возник этот дьявольский замысел, Лукреция часами пропадала возле Ахтимии, глаз не сводя с ее черных колдовских рук. Эти юркие , змеистые руки доставали банки с темно-зеленым пузыристым стеклом, толкли невероятно вонючие зерна в маленьких дубовых ступках , смешивали их в одной лишь Богу ведомой пропорции, и невыносимый запах тухлого мяса, к полному изумлению девочки постепенно сменялся …вот будто в их маленькую коморку неожиданно сверху обрушился вишневый цветущий сад.
Процесс, вероятно , подошел к концу, но Ахтимии , видимо и этого чарующего аромата казалось недостаточно для осуществления задуманного.Она обхватила банку с готовой мазью руками, закрыла глаза и долго сидела, как мертвая. Напуганная Лукреция уж было протянула к ней руку, как служанка, наконец, очнулась, и произнесла единственное слово : «лунник». (далее…)
-Она умрет?- спросила меня медсестра Верочка.
-Умрет, – ответил я с нескрываемой злостью. И куда сует свой длинный нос? Ей-то что? Она видела больную всего мельком. Капельницу ей ставит Татьяна Сергеевна, старшая медсестра. Так я распорядился. Шансов никаких. Все слишком запущено…
Меня все сегодня раздражало. Верочка со своим круглым глупым лицом, вся раскрашенная голубым и розовым. Заторможенная Татьяна Сергеевна со старыми пятнистыми руками. Белый потолок, стены , шприцы, скальпели-все железяки, гремевшие в железных коробках. И больше всего я ненавидел эту умирающую девушку в своем отделении…
С первой минуты она вызвала у меня странные, противоречивые чувства – желание ударить это наивное детское личико и одновременно прижать к себе. Я – хирург онколог и никогда подобные чувства не посещали меня за восемь лет работы в клинике. Я видел много смертей и диагноз: рак матки у 26-летней девушки меня не удивил. Сейчас много умирает молодых. Мы все когда-нибудь умрем. (далее…)
Я отслеживала этот день, как охотничья собака, принюхиваясь к воздуху и пробуя на зубок предчувствия. Главным объектом моего наблюдения была гнездо Страдания. Если снимать курицу ускоренной съемкой, то покажется, что яйца под ней существуют всегда, несмотря на то, что это далеко не так. Так и Страдания.
Не успеешь справиться с одной проблемой – и так она тебя затреплет, что думаешь, вот, не будет ее – и будет только счастье. Но наступает этот день освобождения и счастье длится ровно пять секунд… Мы снова чем-то озабочены , снова вооружаемся на борьбу с обстоятельствами. Но если взять огромное увеличительное стекло, то можно заметить небольшие промежутки, когда одна проблема уже испарилась , а другую заботливые ангелы только торопятся доставить по назначению. Я поймала этот миг и немедленно им воспользовалась…
Теперь важна каждая секунда – я кинулась менять декорации своей жизни.. Прошлое, тяжелое и плотное, пахнувшее тленом – волоком протащила по ковру и утопила в ванне. Всю жизнь я только тем и занималась, что копалась в руинах памяти, перебирая и растирая пальцами пыльные лица, истлевшие платья, погребальные полотенца. Будущее, голубоватый дым, кольцами свернувшийся на дне бутылки из-под шампанского – выдернув пробку, выпустила в форточку. Как я его ненавидела!
Училась в школе – жила мечтой, когда вырасту и вырвусь из-под власти родителей. Вырвавшись, хотела доказать одноклассникам, что я самая лучшая. Доказав, надо было заводить мужа и детей. Заимев детей- ждала, когда они вырастут. Когда выросли – сладостное будущее, обещающее блаженную жизнь, вновь обмануло меня, просочившись сквозь пальцы. Что мне оставалось делать? Я побрела на кладбище прошлого – других дорог я пока не знала… (далее…)
Послушать рассказ “Новогодняя ночь”
Муж мой был из профессорской семьи, а я – из деревни. В город уезжать я вовсе не собиралась, а вышло, не как я загадывала. Огороды у нас с мамкой большие, паши – не хочу, скотина, как положено – корова, куры, индюшки.
Пока корову подоишь, да выгонишь, навоз в огород покидаешь, там цыплятам крапивы нарвать, да порезать, травы подкосить, жуков колорадских с картошки обобрать -да если с утра начнешь перечислять, так к обеду и закончишь. Руки помыть, как следует, не успевала. Только дух переведу – уже вечер.
А тут постучал как-то студент – они с института на практике у нас были-яблоки в колхозном саду собирали. Попросил холодной воды попить. Зачерпнула я ледяного мятного квасу – только из погреба вынесла, да и подаю ему. Он на меня – глазенками- зырк, зырк, а что , говорит, в клуб вечером не ходишь? А когда ходить –то, отвечаю, мамка приболела, все хозяйство на мне.
Пьет квас, а сам улыбается, а я вроде ничего смешного и не говорила. Так и пошла у нас эта канитель. Из себя он был обычный- у нас парни на селе краше – хоть Алешку взять, что за меня сватался, что Кольку соседского. Но больно хорошо городской говорил(его звали Володей), никто у нас из парней так складно речи вести не мог. И песни пел про Высоцкого, я таких раньше не слышала. Про что еще рассказать? Из себя был чистый, конфеты дарил, еще чай приносил, индийский, крепкий – у нас такого в магазин не завозили. Сказать, чтоб я влюбилась – было бы неправдою, но льстило ,конечно- что такой городской, да еще из профессорской семьи. Лицо у него было скуластое, глаза карие, узкие, на татарина смахивал, волосы густые – каштановые. Нравились его рубахи, мягкие какие-то , особенные, наши-то парни все в футболках да майках. (далее…)
Послушать рассказ “Ребенок с тремя шестерками”
«Если в Вашей жизни стали происходить
странные вещи, знайте – Боги подают
Вам знак».
Охе Найм. 865 год
…………………………………………………………
За ревом волн слова были трудно различимы. Со времен сотворения мира никогда еще великий океан не пребывал в таком гневе. Что-то небывалое произошло со стихией воды. Огромные волны, рыча и изрыгая пену, обрушивались на маленький островок, в середине которого испуганно теснилась к друг другу мокрые, обезумевшие люди. Ослепительно-черная, дьявольская вода была вся пронизана алыми взбухшими от напряжения венами, сосудами и сухожилиями, и этот оживший, ослепший от гнева океан, искромсавший в пену и клочья все живое , чему он дал пищу и кров, добивал последних, оставшихся в живых ,людей. (далее…)
И была весна. Хорошо покидать этот мир именно весной… Я не справилась с этой жизнью. И не хочу себя больше винить. Довольно. Я сделала все, что могла- на этой странной планете. Но у меня ничего не получилось. Я потеряла свою душу. Возможно, моей ошибкой являлось то, что я очень спешила. Спешила обрести утерянный рай раньше времени. Если кто-то куда-то спешит, он уже опоздал. Я опоздала…
Я сполна наказана за то, что хотела избежать страданий, которые мне были уготованы свыше. Урок, преподнесенный мне Богами, гласил: «Никогда не суди тех людей, кто не смог… Каждый находится на том отрезке пути, который ему по силам». (далее…)
Послушать рассказ Пагубная страсть
Вера Петровна прилетела в Индию поздно вечером. Через полчаса она была уже в номере, и раскладывала чемодан. Вещей у нее было немного, все ее сокровище составлял небольшой и легкий ноутбук. Вера Петровна была знаменитой писательницей, автор эротических рассказов. В Индию, на Гоа, она прилетела на три недели – в этот срок она должна была уложиться , чтобы написать положенные по договору шесть рассказов –каждый объемом в 20 страниц печатного листа. Это была дама тридцати семи лет, довольно полная, высокого роста, с темными гладкими волосами, забранными в конский хвост. Косметикой она не увлекалась ,замужем никогда не была, детей не имела- это была добросовестная, деловая машина по производству печатных страниц. (далее…)
Аня вернулась в этот город через несколько лет, потому что в нем жила ее сказка. Жил тот, кто любил. Любил всегда, с самого детства. Не смотря ни на что.
Эта мечта, греза – часто превращалась в иллюзию, когда ей хотелось быть сильной, и она вцеплялась в нее из последних сил, когда оставалась сама собой. И в эти редкие мгновения она так счастливо и глупо улыбалась, что знакомые понимающе переглядывались и говорили привычное ей :»Дурочка.» И так же привычно у нее съеживалось что- то и ей долго-долго приходилось гладить это и успокаивать. А иногда ей это и не удавалось. (далее…)
Меня всегда интересовало – почему Индия, такая яркая и большая страна – и такая бедная? Еще в детстве я представляла Индию, утопающую в огромных арках из роз и других неведомых цветов. С красивыми женщинами в ярких сари, расшитых драгоценностями, несущих на головах высокие кувшины с ароматным вином. Я бесконечно рисовала гибкие фигуры со смоляными косами, в которые вплетала цветы, аккуратным мазком клала алую каплю меж черных бровей .Рисовала индийские лавки, увешенные разноцветными бусами, уставленные бронзовыми кувшинами, кальянами и золотыми богами. И как же меня раздирало узнать – отличается ли современная Индия от моих детских рисунков? (далее…)
Ох уж эти весы! До сих пор меня дрожь берет, когда я их где-нибудь вижу! Так и хочется написать про них частушки или песни. Вроде такой: «Ох, вясы маи, вясы, без подкрутки нет красы!»
Кто когда-либо работал на рынке, доподлинно знает- не обманывать на весах невозможно. Приходилось их так подкручивать, чтоб они обманывали на 100 граммов. Не больше. Опять-таки обманывать на весах – целое искусство. Должен быть хорошо развит нюх на людей. Кто пойдет перевешивать, а кто нет. Кто даст пакетом по голове, а кто не сможет. И к тому же пожилых и бедных обманывать – не у каждого рука поднимется.
Обычно легко обмануть мужчин. Молодых и веселых, хорошо одетых. Но можно перепутать их с проверяющими, которых было великое множество. Тут надо держать ухо востро – покупатели обычно смотрят больше на товар, проверяющие – на продавца и на весы. (далее…)
Стою я раз на рынке, продаю виноград – вижу, рядом со мной бойко торгует капустой горластая молодая женщина, кудрявая, конопатая и страшно веселая. А я сама любительница похохотать – как начну, голос мой звенит по всем уголкам рынка, и многие, толком не понимая, чего, почему, тоже заражаются от меня и начинают беспричинно хохотать как ненормальные.
Так вот, Любка эта по смеху меня переплевывала! И я с ней, как с достойной соперницей, познакомилась.
Любка жила в глухой деревне, далеко от нашего города, имела пьяницу мужа и сына-подростка. Она, как и я, решила завоевать рынок, и каждый день приезжала с огромными сумками капусты, которую воровала на колхозных полях, ночью возвращалась домой на автобусе. Привозила она в деревню одни гроши, потому что много на этой капусте не заработаешь, а товар ей под реализацию никто на рынке не давал. (далее…)
Знакомых на Петровском рынке – ни души. Ходила я по рынку, ходила, по сторонам глазела – да что толку? На рынке шли великие перестановки – палатки сдвигались, передвигались. В голове моей зрели великие надежды. Обратиться было не к кому. Подхожу я к контролерам, что у входа стоят, деньги собирают. Вход – один рубль. Спрашиваю, к кому можно обратиться по поводу места. Даже не взглянув на меня, один, длинный, хмуро махнул рукой вдаль:
– Вон, к Харе топай.
Обернулась я. Действительно, харя. Опухшая вся, глаз почти не видно. А на мои «Ах, здравствуйте, ах, мне местечко на рынке», он вообще так скривился, что глаза совсем исчезли. Потом этот Харя разворачивается от меня и уходит. Куда деваться – бегу за ним. Шаги у него здоровые, я еле за ним поспеваю. Вернее сказать, бегу изо всех сил. Харя не оборачивается, но, видимо, чует, что я за ним бегу, иначе зачем бы он на весь рынок меня распекал:
– Ах, дура, ну и дура! Место, видите ли, ей на самом главном месте подавай! Ну и дура! Откуда ты на мою голову свалилась? Балда такая! (далее…)
Восемь лет я посещала в своем городе занятия Йоги. Сама Академия Йоги находилась в Москве, возглавлял ее великий Гуру Рубин. Но не об этих занятиях моя история…
В один из своих приездов в наш город Гуру Рубин решил порадовать своих учеников и привез нам из Москвы живой подарок, который оказался очаровательной танцовщицей арабских танцев. Она была одета в блистательный костюм из ярко-красного шелка, обшитого бисером, по бокам которого свисали длинные нити из сверкающих камней. В руках ее была прозрачная накидка из тончайшей паутины причудливо сплетенных золотых нитей. Ноги, руки и шея были увиты серебряными монистами, которые, казалось, тихо шуршали при дыхании, а в танце, который нам незамедлительно продемонстрировала незнакомка, они отчаянно звенели, превращая свою владелицу в великую космическую змею. (далее…)
Была осень. Я находилась в состоянии удивительной благости…
Я дышала и не могла надышаться этим воздухом. Смотрела и не могла насмотреться небом. Воздух был вкусный, звучный, дивный. Небо- первобытным, разноцветным и праздничным. Никогда я не видала раньше столько красок на одном отрезке пространства.
Я шла по городу. Листья медленно шлепались в лужи, в лужах дрожало разноцветное небо. Я тоже дрожала от переизбытка чувств, от радости бытия, от предвкушения всего, чем одарят меня небеса. И вдруг я увидела чудо! Я должна была его увидеть в этот день непременно, но действительность превзошла все ожидания!
Седой старик продавал цветы. Но это не те слова. Старик продавал не цветы. Он стоял, держа в руках чудо, которое некоторые люди по ошибке называют гладиолусами. (далее…)
Послушать рассказ Надо стать девочкой
Я испытывала противоречивые мысли. По моей книге решили снять фильм. Это было здорово. Но меня не брали на главную роль. Это было невыносимо. Во-первых, книга почти автобиографическая, я описывала свою собственную жизнь, и кому , как не мне играть главную героиню. Во-вторых, мечта сняться в кино была сильней, чем стать писательницей. А тут такой случай – когда он еще представится! Да никогда.
-Если надо – похудею на тридцать килограммов, – твердо сказала я режиссеру Максиму Витальевичу.- Я буду день и ночь качаться в спортзале, если Вас не устраивает какая-то часть моего тела. Я сделаю пластическую операцию. Перекрашу и наращу волосы. (далее…)
Была зима 1996 года. Вечером после школы я зашла со своей подругой на рынок. Стемнело так быстро, что не успели мы оглянуться, а рынок-то совсем опустел. Повернули мы к выходу, слышу, окликает кто-то. Оборачиваемся – два грузина, старый и молодой, заботливо складывают в картонные коробки крупные бугристые гранаты.
– Эй, дэвушки, вазъми гранат бисплатна!
Я, наивная, развернулась – и к ним. Любка, тоже, как и я- учительница начальных классов, сзади стоит, ждет. Подошла я и радостно пакет протянула. Тот, что помоложе, насыпал мне несколько крупных гранатов. Поблагодарила я его сердечно и собралась было Любку догонять, а старый грузин мне и говорит:
– Сколько хочешь, столько и дай. Хочешь- сто, хочешь, девяносто рублей дай. (далее…)